- Не езжай, сынок! - испуганно встрепенулась мать. Степан метнул колючий взгляд:
- С чего это вдруг?
- Замуж она вышла у Брянску. Дней десять как.
- Как замуж?! - Он задохнулся, сник, сразу повял, что все это правда... Почувствовал снова, как цепенеет сердце и будто земля уходит из-под ног.
- Ладно... Ладно, Зоечка... Быстро же ты...
- Не думай о ней, - кашлянул отец. - И давай за Женю, за друга твоего выпьем.
Степан молча хватанул стакан, порывисто встал, пошел к дверям.
- Куда ты? - вскочила за ним мать.
- На могилу пойду...
Он открыл калитку в палисаднике, нарвал цветов. С этой охапкой и пошел по селу, свернул у магазина, агустился вниз по тропке. Впереди показались знакомые березки, ветер тянул их за верхушки, они покачивались, отвечали легким светлым шумом. За деревцами он не разглядел, а сейчас увидел Григория Иванова. Сидел он, обхватив голенища своих сапог, рядом валялась истертая кепка. Степану показалось, что Женькин отец плачет. Он хотел было повернуть назад, но Григорий обернулся. Степан увидел его небритое темное лицо и красные глаза-щелочки. «Какой он старый», - невольно подумал Прохоров. Он молча подошел к могиле.
