Он порывался встать, но его почему-то не понимали, сдерживали, он продолжал метаться, кричал, земля уходила, и он летел в бездонную черную пропасть.

...Он снова шел своей долгой дорогой и под каждым камнем искал родник. Но воды нигде не было, и солнце по кусочку уничтожало его. Иссохшая мумия снова скалила зубы. Он видел крошечные поля, очерченные дувалами. видел дома, от которых остались одни стены. Это соты. Гигантские бесконечные соты. Он слышит нарастающий гул Огромный клубящийся рой почти настигает его. Не спя стись, не выбраться из-за высоких стен, которые обступили и сжимают его... Они роятся, поблескивают натружиными спинками, живой клубок дышит изнутри, меняет очертания, подобно гигантской шершавой амебе.

Они строят свои ячейки - геометрическое чудо природы, и, подобно шестиграннику, так же точна и выверена их жизнь от рождения до смерти. У них нет ни разума, ни жалости, ни мечтаний, есть только инстинкты и законы, которым они следуют. Живые извечно приходят на смену умершим, чтобы затем умереть самим. Они не знают высшего закона, который руководит ими, и им не нужно это знание, ибо оно разрушит существование и приведет к гибели.

Они по-своему видят мир, открывающийся перед ними. Солнце по небу для них движется быстрее, торопливо унося за собой короткий их век. по-своему воспринимают цвета: зеленый, черный, желтый. Но красный для них просто бесцветен, тускло-сер, как ненастное небо.

Они рождены для труда. Они появляются на свет и. еше не зная солнца, знают свое первое дело: в темноте замкнутого пространства чистить ячейки для очередного расплода. В конце жизни остается немногое, но самое важное: забота о хлебе насущном. Десятки опасностей подстерегают их. и многие гибнут на своем пути. Но заведенный природой механизм продолжает действовать, поэтому они не знают устали. Смысл жизни - нектар, значит, любая смерть на пути к нему - короткий эпизод в неустанном процессе продолжения новой жизни.