Прохоров встал, потянулся, глянул еще раз на черные свои руки с обломанными ногтями и усмехнулся: «Видела бы сейчас меня мама. Вот с такими руками. А ведь с детства приучала к чистоте. Босиком бегал, но каждый вечер обязательно мыть ноги. Как закон... Хотя, какие ноги, иной раз не успеваешь лицо сполоснуть». Он медленно направился к палатке.

У входа на табурете сидит сержант Черняев, замкомвзвода, и нараспев, как школьный учитель, отчитывает молодых:

-        А кто газовую камеру чистить будет - дядя? Или, может быть, я- сержант Черняев? Забирай.- он швыряет автомат в грудь бойцу.

Тот еле успевает словить. Это Птахин по кличке Червяк - длинный увалень, земляк - с Брянщины. как и Прохоров.

А Черняев уже распекает Кругаля. Голос его занудливый и противный пробирает до самых костей. Ох, и въедливый же черт! Но для молодых он бог: Красная Звезда, медаль «За отвагу». Предел мечтаний! Знали бы, что этот бравый вояка по ночам пишет стихи о любви. И никому, кроме Прохорова, не показывает. Потому что Прохоров молчун и слушать умеет. Но стихи - это так, отдушина для успокоения. Маленькая слабость, сдвиг по фазе. Каждый имеет право на небольшой сдвиг по фазе.